Доклад на пленарном заседании XXIX Новосибирских Рождественских образовательных чтений

Что такое Время?

Это не только ход стрелок и смена календарей. Время – это память и преемственность, это то, как прошлое продолжает жить в настоящем и становится будущим. Время может быть плотным – насыщенным смыслами, людьми, поступками. А может – распадаться на фрагменты, теряя связующую нить.

В нашем восприятии, субъективном и коллективном проживании время ускоряется, дробится, меняет масштабы. То, что раньше формировалось годами, теперь может проскользнуть за считанные недели.

Но глубинные процессы в жизни человека – взросление, формирование взглядов, воспитание – требуют другой плотности Времени. В нем обязательно должно быть Тепло, Постоянство и Присутствие. Должна быть внутренняя ось, которая помогает ребенку расти, ориентироваться в окружающем мире. Это духовная вертикаль Времени.

Кто помогает соединить детство с будущим, биографию с историей, знания – с жизнью? Учитель.

Это человек, который умеет работать со Временем. Он помогает ребенку почувствовать, что прошлое – не архив, а опыт. Что будущее – не абстракция, а зона личной ответственности.

Он ведет не спеша, потому что понимает: настоящие перемены требуют времени – осмысленного, выдержанного, прожитого.

Учитель не предлагает готовых решений. Он помогает пройти путь вопросов – со своими сомнениями, поисками, открытиями.

Он рядом, он вместе с учениками как тот, кто понимает, куда и зачем движется. Именно это делает возможным главное: сохранить целостность личности в условиях фрагментированного и быстро меняющегося мира.

Мальчишки у доски, в раздумье...

А кто тот человек, что изменил их судьбу?

Это Сергей Александрович Рачинский, биолог, в прошлом преподаватель Московского университета. В 1872 году он уехал из столицы в родовое имение Татево Тверской губернии.

В селе уже была школа для крестьянских детей, но Рачинский превратил ее в школу-интернат нового типа с собственной системой преподавания. Теоретические занятия дополнялись эстетическим воспитанием и практическими уроками. Детей обучали ремеслам и навыкам, полезным для сельской жизни.

Педагог-энтузиаст заметил мальчика с художественными способностями и зачислил его в татевскую школу, где организовал класс иконописи и сам вел рисование. Рачинский хотел, чтобы его ученики, получив знания, оставались в деревне просвещать крестьян, но самым одаренным помогал сделать карьеру и лично оплачивал обучение в столице.

Позже, уже став известным русским художником, Николай Богданов-Бельский скажет: «Я всем, всем ему обязан!» Эта картина – не только урок арифметики, это – урок жизни, символ более глубинной педагогической миссии. В лице Рачинского мы видим фигуру учителя, соединившего в себе научную подготовку, гражданское служение и духовное присутствие в жизни учеников.

Село Татево жило не только школой. Рачинский заложил удивительный сад – живописный, продуманный, почти академичный. Граф Шереметев вспоминал: «Меня поразили художественные очертания сада, подбор деревьев и кустарников… всё дышало знанием и любовью».

После революции 1917 года усадьба Татево была разграблена. Уникальные интерьеры, библиотека, мебель – всё было уничтожено или расхищено в 1920-е годы. Во время Великой Отечественной войны в усадьбе размещался немецкий штаб. При отступлении фашисты вывезли редкий наборный паркет из главного дома, а само здание – взорвали. То, что создавалось с душой, исчезло в огне и пыли XX века.

Сегодня, усилиями исследователей, волонтеров, краеведов, усадьба Татево возвращается в нашу культурную память. Она становится не музейной декорацией, а живым свидетельством того, как рождалась подлинная образовательная культура России – из личной ответственности, из внутреннего выбора.

Татево – это связь со временем, когда школа была делом чести, сад – продолжением педагогического замысла, а дом – пространством служения. Именно такие места помогают современному учителю осознавать, что корни просвещения – в человеческом, в личном, в нравственном усилии быть полезным другим.

В начале XX века Новониколаевск был городом-новеллой. Пространством, в котором история только начиналась, а сценарий будущего ещё не был написан. Он возник быстро, почти стремительно – как точка пересечения магистральных путей, как узел торговли, промышленности, людей и идей. Но между рельсами и фабричными трубами должен был вырасти не только город как инфраструктура, но и город как общество.

Здесь еще не было укорененной городской традиции, но уже ощущалась острая потребность в людях, способных не только строить, но и воспитывать – формировать новое общество через культуру и образование. Не случайно в хрониках Новониколаевска имена первых учителей встречаются рядом с именами инженеров, врачей, архитекторов — это была общая работа по формированию нового типа жизни. И в этой жизни школа занимала центральное место.

Первые штатные учителя города, Стефанида Павловна и Николай Васильевич Козловы, оказались в самом центре этого становления. Выпускник Омской учительской семинарии, Николай Васильевич представлял собой тип подвижника народного просвещения. В условиях постреформенной России и начавшегося XX века он оказался в числе тех, кто создавал основы массового образования в Сибири.

В условиях нехватки ресурсов, непростых социальных перемен и революционных сдвигов Козловы находили возможности для настоящей педагогики: не формальной, а живой. Их дом при школе стал точкой притяжения – не только для учеников, но и для их семей. В училище действовал драматический кружок, ставились спектакли, звучала музыка, велись занятия по сценической речи.

История первых новониколаевских педагогов – это не просто воспоминание о начале школьного дела. Это живая иллюстрация того, как формируется профессиональная идентичность учителя в ситуации культурного и социального становления. Козловы конструировали педагогическую среду, в которой ребенок мог не только учиться, но и жить: пробовать, ошибаться, играть, мыслить, чувствовать себя частью коллектива.

Их деятельность показывает, что ключевым ресурсом школы всегда был человек, личность учителя. Это особенно актуально сегодня, когда на первый план выходят вызовы междисциплинарности, эмоционального выгорания, кризиса авторитета педагога. Современный учитель, как и сто лет назад, оказывается в точке пересечения процессов – социальных, цифровых, ценностных.

В самые острые моменты истории школа перестает быть только образовательным институтом – она становится пространством выживания, опоры и смысла. Когда привычный порядок разрушен, именно педагог становится фигурой, удерживающей человеческое. Не благодаря ресурсам – их как раз не хватает. А благодаря профессиональной и нравственной собранности.

Самым тяжелым испытанием для системы образования Новосибирска, как и для всей страны, стала Великая Отечественная война. Передав школы под тыловые госпитали, наш город принял тысячи эвакуированных подростков и стал передовой линией фронта в борьбе за будущее страны – за детей. Выдающимся организатором всеобуча для этого израненного поколения была Анна Петровна Данилова, возглавившая городской отдел народного образования в самом начале войны.

Уже к концу 1941 года население города возросло на 400 тысяч человек, большинство из них – дети. Из занятых врагом городов их эвакуировали целыми группами детских садов, часто без родителей, а потому у нас в срочном порядке создавались детские дома.

Учиться приходилось в четыре смены. Часто вместо учебы старшеклассники работали за станком, а деньги отдавали на постройку самолетов и танков.

Каждый день перед началом занятий все ученики после утренней зарядки строились на линейку, и дежурный учитель зачитывал сообщение Совинформбюро о положении на фронтах, на карте СССР отмечал линию фронта, зачитывал письма от бывших учеников.

Каждый год из школ фабрично-заводского обучения выпускалось 200 тысяч человек. За 4-5 месяцев подростки осваивали специальность и отправлялись на завод. Работа шла без выходных, по 12-16 часов.

При школах создавались «комнаты-копилки», куда приносили обувь и одежду для детей фронтовиков. Сколько сил и мужества требовалось педагогу в те годы! А встать во главе целой отрасли мог только человек, способный на подвиг наравне с бойцами Красной армии, совершая его ежедневно ради детей, ради победы. Самоотверженная в работе и смелая в принятии решений, требовательная к себе и бесконечно человечная к людям – такой осталась в воспоминаниях современников руководитель отдела народного образования военного и послевоенного Новосибирска Анна Петровна Данилова.

Сегодня профессия учителя – это живое, подвижное пространство. Педагоги работают в условиях цифровых технологий, новых подходов к обучению, смены ожиданий со стороны общества и семей. Их работа требует не только знаний, но и внимательности, гибкости, умения слышать и быть в диалоге.

Педагогическое мастерство всё чаще выходит за рамки предмета. Оно включает способность замечать и поддерживать развитие ребенка, создавать пространство, где можно думать, сомневаться, пробовать. Вместе с тем важно умение быть в профессии «здесь и сейчас», адаптироваться, если меняется формат, и сохранять суть, когда вокруг – шум перемен.

Сегодня школа, учреждение дополнительного образования –  это среда, где формируются отношения, взгляды, ценности. Педагог работает на пересечении предметного содержания, культурного контекста, возрастных особенностей детей и ожиданий общества. С какими вызовами сталкивается учительство сегодня?

Во-первых, это информационная перегрузка и расфокусировка внимания. Потоки разнородной информации, доступные детям с раннего возраста, требуют от педагога медиаграмотности и умения формировать у учащихся критическое мышление. Важно не просто дать знания, но научить структурировать информацию, выделять главное, понимать контекст и последствия.

Во-вторых, эмоциональная уязвимость учащихся. Уровень тревожности, неуверенности, сложности в социализации динамичен, особенно в подростковом возрасте. Учитель здесь оказывается не только педагогом, но и значимым взрослым, способным поддерживать, замечать, быть рядом. Это увеличивает эмоциональную нагрузку и делает актуальной тему профессионального выгорания.

В-третьих, происходит обновление профессиональной роли учителя. Сегодня от педагога ожидают большего, чем просто качественного преподавания: это и сопровождение проектов, и организация воспитательных практик, и работа с родителями, и взаимодействие с социальными партнерами.

Наконец, важнейшим вызовом становится сохранение и укрепление духовных ценностей в образовательной среде. Учитель всё чаще становится смысловой опорой. Государственные инициативы – такие как курс внеурочной деятельности «Разговоры о важном», усиление роли классного руководителя, интеграция воспитательных модулей – направлены на поддержку этой миссии. Но эффективность таких инициатив зависит от глубины личного включения педагога, от его готовности вести диалог, уважать взгляды своих воспитанников и при этом сохранять ценностное ядро своей работы.

Исследователи отмечают, что современная образовательная среда становится сложной, многослойной. А значит, на первый план выходит не столько алгоритм, сколько способность к соучастию, творчеству, конструктивному взаимодействию. Умение строить партнерство с учениками, родителями и коллегами – один из ключевых факторов доверия учителю.

Всё чаще в фокусе внимания социальная зоркость – способность чувствовать контекст, видеть важное, быть внимательным к людям и к деталям. Это качество позволяет педагогу быть не просто проводником знаний, а точкой опоры – для детей, для семьи, для общества.

Сегодня важно не только знать, как учить, но и зачем. Быть рядом. Быть настоящим. Помогать видеть смысл в обучении, находить себя в этом пути. Профессионализм учителя сегодня – не в отработанном шаблоне, а в умении быть в процессе, в контакте, в поиске.

Современная школа существует в условиях постоянных изменений – технологических, социальных, культурных. Учителю приходится не только осваивать новые инструменты и адаптироваться к внешним требованиям, но и удерживать в профессии то, что не меняется: человеческое измерение образования.

Возвращение к педагогике как служению – способ сохранить целостность профессии. Это про понимание глубинной роли учителя как носителя связи между поколениями, между знанием и культурой, между ребенком и обществом. Поэтому «духовная вертикаль времени» – не метафора, а профессиональная ось, на которую можно опереться в любых условиях. Без нее невозможно ни взросление ребенка, ни развитие школы, ни движение общества вперед.