14 июня исполняется год со дня кончины почетного жителя Новосибирска, попечителя Александро-Невского собора Ивана Ивановича Индинка.

Иван Иванович руководил городом и областью в очень непростое время — с конца 80-х до середины 90-х годов. Всё вокруг было зыбким, неустойчивым, но он сумел создать хорошую команду, с которой успешно работал. Одни про него говорили: «Он эффективный кризисный менеджер». Другие не соглашались: «Кризисный менеджер спасает от падения в пропасть, а Иван Иванович думал не о спасении, а о развитии, он созидал, и у него это получалось».

В 90-е годы ходило выражение: «Выпал из обоймы». Так говорили о тех, кто был на виду, но в силу различных обстоятельств отошёл от дел и канул в небытие. Но Иван Иванович, оставив руководство областью, не помышлял о покое: занимался политикой, бизнесом, общественной деятельностью и везде преуспевал. Создав однажды знаменитый гуманитарно-просветительский клуб «Зажги свечу», он, можно сказать, так всегда и шёл впереди с зажженной свечой, освещая путь другим. Яркий был человек, талантливый во всём. Настоящий отец города.

Иван Иванович был православным христианином, исповедовался, причащался. Крестился он, кстати, совсем молодым человеком. Его мама, Елизавета Савельевна, серьезно заболела, и перед смертью слёзно просила его покреститься. Говорила, что из всех её девяти детей он один некрещенный, и это ее сильно удручало. А он в то время учился в престижном Томском политехническом институте, был комсоргом. Но чтобы успокоить умирающую мать он чуть ли не на следующий день покрестился. Если бы узнали в вузе — точно бы отчислили. Времена-то какие были. Но он решил, что мать не ослушается. А выгонят — найдёт чем заняться. Но в вузе не узнали. А ведь мог и не креститься. Мог просто пообещать и не сделать, обмануть — и это была бы «ложь во спасение», совесть атеиста вряд ли от этого пострадала. Но нет. Значит, не был атеистом, значит, в душе теплился огонёк веры. 

В 1989 году в городе начали обсуждать: что делать с Александро-Невским собором. Предлагали организовать в храме концертный зал для камерного хора. Акустика в нём была замечательная. Православная общественность восстала, ее представители ездили в Москву, но решать всё равно должно было местное начальство. На одной из встреч с новосибирцами Ивана Ивановича спросили, что он думает по этому поводу. И Иван Иванович решительно заявил, что храм должен принадлежать его историческому владельцу — Церкви. И это были не просто слова, очень скоро за ними последовало и дело: храм передали Новосибирской епархии.

В 1990 году епархию возглавил владыка Тихон (Емельянов), который впоследствии управлял ею в общей сложности более двадцати лет. Владыка вспоминает, что в городе-миллионнике в то время был только один храм и несколько священников. Перспективы так себе. Но с Божией помощью дело пошло. Владыка познакомился с Иваном Ивановичем, предложил сотрудничать. Они ездили по городу и районам области, Иван Иванович знакомил архиерея с местными руководителями, просил их всячески содействовать ему. Но и сам помогал епархии с выделением помещений, которые затем приспосабливались для богослужений, и выделением земель под строительство храмов. Поддерживал все епархиальные проекты. Рабочие отношения с владыкой вскоре переросли в дружбу. Но при этом Иван Иванович не забывал о духовной жизни и со временем перешел под духовное окормление владыки. Вместе они совершали паломнические поездки, были на Святой земле.

Владыка Тихон рассказывает, что духовное возрождение региона совпало с духовным становлением самого Ивана Ивановича. Он начал ходить на службы, причем стоял вместе со всеми, а когда ему однажды предложили перейти на клирос, где посвободнее, категорически отказался: «Я буду с народом».

В 1991 году новосибирскую землю посетил Патриарх Алексий II. Святейший знакомился с епархией, городом и, в частности, повторно освятил восстановленный Александро-Невский собор. Иван Иванович встречался с ним, они много общались, и когда его однажды спросили, какой он — Святейший Патриарх, Иван Иванович коротко ответил: «У него глаза святого человека…»

В том же году произошла трагедия. Погиб младший сын Ивана Ивановича — Алексей. Святейший прислал соболезнование родным и близким. Отпевали Алексея в Александро-Невском соборе, говорят это было одно из первых, если не вообще первое отпевание в восстановленном храме. Здесь же Иван Иванович познакомился с будущим его настоятелем священником Александром Новопашиным. Они начали тесно общаться, подружились. Иван Иванович всячески содействовал отцу Александру в реализации просветительских мероприятий, в проведении реставрационных работ, внутренней росписи, благоустройстве территории. Стал попечителем храма. А ещё просил отца Александра не оставлять его старшего сына Дмитрия, духовно поддерживать, и милостью Божией, сегодня Дмитрий Иванович является старейшим прихожанином собора, активным членом Александро-Невского братства, звонарём.

Запоминающимся событием стало возведение креста на купол Александро-Невского собора в 1993 году. Это было очень ответственное мероприятие, и Иван Иванович не мог остаться в стороне. Он лично приехал в храм руководить работой, и даже вместе с рабочими держал страховочный трос. Отец Александр говорит, что это характеризовало его как очень смелого, решительного человека, не отступающего перед трудностями, душой болеющего за дело.

А трудностей хватало. Одно восстановление разрушенной в 1930 году Никольской часовни чего стоило. Построенная в 1914 году к 300-летию Дома Романовых, она сразу стала достопримечательностью Ново-Николаевска, одним из его религиозных символов, и, конечно, требовалось восстановить историческую справедливость. В сентябре 1991 года христиане прошли крестным ходом от Вознесенского кафедрального собора до строительной площадки, где предстояло строить новую часовню. Но средств у епархии на строительство не было. И тогда Иван Иванович взял дело в свои руки. Многие его не просто не поддерживали — противились такому решению. «Как же меня осуждали!» — вспоминал об этих днях Иван Иванович. Но он прочно стоял на своём. Даже неожиданно возникшая необходимость перенести часовню на несколько метров от первоначального места, что требовало переустройства только что благоустроенной территории, не остановила его. Ходил с «протянутой рукой» по банкам, но в результате всё равно большую часть средств пришлось выделить из бюджета. Его и за это упрекали, но он отвечал, что христиане такие же налогоплательщики, это и их деньги тоже.

Сегодня и Никольская часовня, и Александро-Невский собор – общеизвестные символы Новосибирска, символы духовного возрождения региона. Это и места паломничества и туризма, сюда ежедневно приходят местные жители и гости города. А значит, часовня и собор имеют миссионерское значение, подчеркивал Иван Иванович. 

В 2017 году он поддержал возведение на территории Александро-Невского собора памятника Царю-страстотерпцу Николаю II и его сыну Цесаревичу Алексию. Сделал пожертвование. Памятник установили у Южных врат храма, рядом с тротуаром, чтобы проходившие мимо новосибирцы могли воздать должное памяти царственных страстотерпцев.

Все свои достижения он связывал с верой в Бога. Говорил, что чем труднее, тем явственнее Его помощь. Упомянув однажды поговорку о том, что в окопах атеистов не бывает, отметил, что в мирной жизни своих окопов хватает. Человек не боится, когда уверен в своих силах, но наступают моменты, когда ни он, ни его пусть даже самая эффективная команда, не в состоянии справиться с задачей. И тогда человек вспоминает о Боге, начинает понимать, что означают Его слова, обращенные ко всем нам: «Без Мене не можете творить ничесоже».

Он скончался 14 июня. В этот день Церковь празднует прославление святого праведного Иоанна Кронштадтского. И хотя небесный покровитель Ивана Ивановича святой пророк Иоанн Креститель, но все равно — Иоаннов день. Так в народе и говорили об Иване Ивановиче: преставился на Иоаннов день…

Упокой, Господи, душу раба Твоего приснопоминаемого Иоанна, прости ему вся согрешения его вольная и невольная, и даруй ему Царствие Небесное.

 

Дмитрий Кокоулин